Весть к Лаодикии  
 
 
СодержаниеПубликацииИсследованияФорумПодписка!Аудиозаписи
Добро пожаловать!

Свидетельство
Передовица
Публикации
Тематический разбор Священного Писания
Библиотека
Междуречье
Особое мнение
Выдержки
Дневники
Творчество
Опросник
Обсуждение
Опросник
Любишь ли ты Господа всем сердцем?
Готов ли ты пожертвовать всем ради Бога?
     
     
 
 
Добавлено недавно
Популярные
Неслучайный выбор
Если мы не решимся изменить свою судьбу сами, то, в конце концов, ее решат вместо нас...
/Цитата из письма/

НЕПРЕСТАННО МОЛИТЕСЬ Печать E-mail
Автор Андрей МИШИН   
07.03.2019 г.

«Непрестанно молитесь» (1Фесс.5:17).

ImageС какой периодичностью следует обращаться к Богу? Два раза в день – утром и вечером? Может, три раза – на завтрак, в обед и ужин? Или чаще? Если чаще, то насколько? Разве общение с Богом – это ритуал, который можно регламентировать часами приема? Если не так, то должны ли мы молиться, исходя из своей потребности, от случая к случаю? «Господи, я никогда Тебя прежде не беспокоил – ответь сейчас, и Ты не услышишь меня еще очень долго».

Иисус сказал: «Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе» (Иоан.4:23).

Не люди, а прежде всего Бог ищет общения с человеком. Поэтому мы должны прибегать к Богу всегда… когда кушаем, работаем, разговариваем, спим… конечно, кроме тех случаев, когда это не важно…  т.е. опять «по ситуации», только с более широким перечнем? Тогда как быть? Если наши молитвы будут по строго отведенным дням и часам, то они станут формальными… а если общение с Богом будут продиктовано нашей потребностью, то оно будет от случая к случаю, но никак не «непрестанным»…

Что значит «непрестанно молитесь»? Непрестанно – т.е. не переставая. В таком случае, с чем будет связана эта непрекращающаяся молитва, и о чем в  ней пойдет речь? С другой стороны, разве у нас мало желаний и трудностей, связанных с их реализацией? Но здесь имеется одна проблема, о которой мы узнаем из учения Иисуса Христа:

И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою.
Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.
А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны;
не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него.
(Матф.6:5-8)

Согласитесь, что для непрестанной молитвы требуется гораздо больше слов и времени, чем для молитвы от случая к случаю, но Христос осуждает многословие. Как тогда следует нам поступать?
Если взять на вооружение требования Христа, то наши молитвы, как может показаться, следует сделать короткими и сухими, т.е. формальными. Или неформальными, но все равно короткими… О всех наших нуждах Богу уже известно заранее, тогда о чем с Ним разговаривать так долго?!

Ведь неудобно как-то сразу после нескольких слов благодарности и личных просьб завершить свое общение с Творцом. Хочется остаться и продолжить пустой разговор… Но как раз это и осуждает Иисус в поведении людей. В таком случае, о чем мы можем молиться непрестанно?

Длинные прилюдные молитвы – обо всем, включая себя лично, говорят о том, что у человека нет другого личного общения с Богом в другое время, как только в собрании. И когда оно есть – является формальным, потому что совершается пред людьми, как ритуал, лицемерно.

Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что поедаете домы вдов и лицемерно долго молитесь: за то примете тем большее осуждение.
(Матф.23:14)

За что Христос осуждает книжников и фарисеев? Согласились бы сами фарисеи с такой оценкой Христа их поведения? Почему сразу «лицемерно»? Разве они не совершали своих молитв искренне? «Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь…» (Лук.18:11). Это пример молитвы фарисея, причем, не во всеуслышание, а про себя.  Но почему именно сейчас, в храме, а не в своей тайной комнате? А ответ прост – в обществе он имеет возможность сравнить себя с другими. Предисловием к этой притче идут слова: «Сказал также к некоторым, которые уверены были о себе, что они праведны, и уничижали других…» (Лук.18:9). Такой молитвой фарисей унижает рядом стоящего мытаря и возвышает себя. И чтобы возвыситься над другим, ему нужно продемонстрировать всем свою праведность, надеть на себя маску благочестия, показать себя праведным перед людьми. А это и есть лицемерие, и не важно, что оно искреннее.

Когда Иисусу требовалось общение с Богом, он уходил от людей, а не молился подолгу в храме на глазах у людей. Он не стеснялся Бога и не скрывал свои мысли, однако для того, чтобы открыть душу Отцу, Христу требовалось уединение.

О чем можно непрестанно молиться? О чем можно говорить с Богом не переставая? О грядущих благословениях или о том, что Господь для нас уже сделал? Если не молитва, тогда что занимает мысли человека в остальное время? И в этих самых мыслях мы, подобно Иисусу, ищем уединения? Или они изливаются на окружающих словесным потоком?

Невозможно себе представить глубоких идей, выражаемых в пустых разговорах. Такого многословия не может быть еще и потому, что истина, исходящая от Господа, требует глубокого осмысления и особого трепетного отношения. Слово Бога – основание для тяжелой и кропотливой работы сознания над переменой своего отношения, а не сиюминутная реакция на происходящее в нашей жизни. В думах о Боге человек не может быть многословным.

Многословие – это результат определенного эмоционального состояния или морального усилия, чтобы выглядеть хорошим. Последнее, как раз, и осуждает Христос, говоря о многословной молитве. Что же касается эмоций, они могут быть, как духовными, так и плотскими. Духовные эмоции – это наша реакция на чудеса Бога, плотские – что трогает нашу плоть, земные чувства, стремления, ценности. Но даже в случае духовных эмоций, они не могут быть непрестанными, по крайней мере, здесь, на земле. Для этого потребовалось бы бесконечно удивляться делам Бога, даже когда мы не в состоянии реагировать на них правильно. Даже у Христа  такие эмоциональные всплески чувств хвалы и благодарности Богу были проходящими и не продолжались бесконечно. О чем Он тогда молился Богу в остальное время?

Наша проблема в общении с Богом порой заключается в том, что мы пытаемся свои отношения с Небесным Отцом из области осознанного принятия и следования истине перетянуть в сферу эмоций и чувств. Ища этих эмоций посредством молитвы, мы сначала пытаемся стимулировать Бога, чтобы Он проявил Себя, а когда этого не получается, идем за эмоциями к людям. Мы делимся своими впечатлениями (эмоциями) и ищем этих впечатлений у других в попытке продлить свою эйфорию эмоциональным опытом братьев и сестер. Таким образом, к эмоциональной наркомании добавляется еще одна зависимость – духовный «вампиризм», что и порождает пустословие в рамках, как группы, так и церкви. Все хотят узнать и почувствовать что-то новенькое, и наполниться этим «для хвалы». Но делают это, отнюдь, не для Бога, а для себя, потому что живут получаемыми ощущениями (эмоциями).

Чем больше собрание, тем больше толку в эмоциональном плане, но это состояние несовместимо с одиночеством, которое требуется для общения с Отцом. Человек, который является эмоциональным наркоманом, неспособен получать эмоции в личном общении с Богом один на один. При этом сами эти эмоции, которые человек получает в общении с людьми, становятся поверхностными, приедаются и уже не приносят ему прежнего душевного удовлетворения. Становясь целью, они лишаются сознательной основы, которая и наполняет смыслом его безудержное эмоциональное потребление.

Чтобы человеку получить благодать и войти в славу Отца, ему по примеру своего Учителя нужно сначала отпустить свое, отдать свои эмоции. И это не значит – разделить свои человеческие чувства с другими. Последнее нужно не Богу, а нам. А Богу не интересно то, чем мы, находясь в отлучении от Его любви, заполняем свою пустоту, каким досугом сейчас увлечены и какими земными радостями наполнены наши чувства. Чтобы войти в радость Отца, нам следует пожертвовать своими чувствами (включая тщеславные) и всем тем, что им сегодня угождает.

Постичь настоящее счастье в Боге человек сможет только в пустыне, когда отрешится от всего своего. Этот путь не будет для него легким, и его будет искушать сладким хлебом эмоций сатана, но так он приобретет настоящий опыт общения с Богом, основываясь на сознательном следовании слову Отца.

Увидеть и исполнить волю Бога в каждом мгновении своей жизни – вот о чем можно молиться постоянно. Но не будут ли в этом случае наши отношения с Богом напоминать удаленное управление роботом – пока мы слышим поступающий сверху сигнал, мы следуем приказам и инструкциям, а когда связь прерывается, в недоумении мечемся, не зная, что и делать? Каково тогда было Христу умирать на кресте без Отца? Он не знал, что делать? Являлось ли Его поведение выражением Его любви, или было слепым подчинением Божьей воле?

Молитва Христа в Гефсиманском саду свидетельствует о том, что Он принял и покорился воле Отца добровольно. Иисус не просто исполнял приказы сверху, но действовал в соответствии со своим личным выбором. Поэтому важно не только то, что мы делаем, следуя прямым указаниям Бога, но и то, какое у нас к этому личное отношение. В этой связи наша молитва обретает совсем другой смысл. Нам нужно общаться с Богом, чтобы познать, принять и согласиться с тем замыслом, который Он имеет о нас, и поступать так, не «смотря по ситуации», а осознанно, планомерно и постоянно.


Обсудить в форуме. (0 сообщений)

 
След. »

© 2019 редакция Вестник Илии e-mail  Внести свою лепту лепта