Весть к Лаодикии  
 
 
СодержаниеПубликацииИсследованияФорумПодписка!Аудиозаписи
Добро пожаловать!

Свидетельство
Передовица
Публикации
Тематический разбор Священного Писания
Библиотека
Междуречье
Особое мнение
Выдержки
Дневники
Творчество
Опросник
Обсуждение
Анкетирование
Христианская любовь - это ...
     
     
 
 
Добавлено недавно
Популярные
Неслучайный выбор
Древнее водное крещение Печать E-mail
Автор Уильям Б. Хальфант   
21.08.2006 г.

(V глава из книги «Древние поборники единства»)

«Тогда Петр сказал им: покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов, и получите дар Святого Духа» (Деян. 2:38)


Апостольская церковь крестит обращенных во имя Иисуса Христа через XIX столетий согласно Деян. 2:38 и другим местам Писания, относящимся к водному крещению.

На протяжении веков всегда была церковь, которая отказывалась повредить истину. И если даже Апостольская церковь была бы рассеяна, особенно после того, как в IV веке римская кафолическая церковь стала церковью, поддерживаемой государством, где-то в мире всегда оставались общины Иисуса, которые придерживались монотеистического исповедания. Возможно, они укрывались в горах Восточной Европы или где-то в лесной глуши Западной Европы. Я убежден, что там пребывал остаток, проповедующий Деян. 2:38 и апостольское возвещение. Это подтверждено в нашем историческом обзоре. При рождении церкви Петр проповедал первое поучение, и в Деян. 2:38 он дал новозаветный план спасения, как он был тщательно наставлен Иисусом:

1) раскаяться во всех своих грехах,

2) быть крещенным погружением в воду во имя Иисуса Христа для прощения грехов,

3) получить ниспосланный с неба дар Духа Святого.

Отметим, что в Деян. 2:38 (как и в Деян. 8:16, 10:48, 19:5) спасительное имя, употребляемое при водном крещении, есть Иисус. Г. В. Росси в 1868 г. писал, что в катакомбах (подземные кладбища под Римом) были найдены изображения Петра, которые представляют его пробивающим скалу, из которой текут воды очищения «через крещение во имя Иисуса Христа»[1].

Климент Римский, ближайший сотрудник Павла и наиболее любимый ученик Петра, писал в 96 г.: «И ныне может всевидящий Бог и Владыка духов, и Господь всякой плоти, Который избрал Господа Иисуса Христа, и нас через Него сделать Его собственным народом, даровать каждой душе, над которой призвано Его прекрасное и святое имя…»[2]

Наиболее вероятно, что «призывание» или наречение имени происходило при водном крещении. В Иак. 2:7 фраза «прекрасное имя, нареченное на вас» является подобной фразой, так как в греческом языке перевод слова «называть» (epikaliomai) имеет значение «призывания». Употребление божественного имени в водном крещении важно. Климент явно ссылался на имя Иисус в выражении «Его прекрасное и святое имя».

О водном крещении во имя Иисуса мы также читаем в Пастыре Ермы. Автор, Ерма, был, как сообщается, единокровным братом епископа Римского Пия. Ерма придерживался апостольской традиции, будучи учеником Павла. Однако, если он жил во время епископа Пия (140-154 гг.), то он был бы крайне молод (мальчиком) при служении Павла[3]. Датировка Пастыря простирается от 100 до 135-40 гг. Большинство, кажется, предпочитает раннюю дату, как, например, 99-100 гг., обусловленную ссылками у епископа Климента и видимым монархианством у Ермы.

Ерма пользовался огромной популярностью и уважением, во многих церквях Пастырь читали наряду с Писанием. Ириней признавал Ерму, но Тертуллиан нет.

Ерма, также как и Римская церковь, верил в крещение во имя Иисуса: «Они те, которые слышали слово и были готовы креститься во имя Господа; но учитывая великую святость, которую требует истина, удалились и пришли опять после своих греховных страстей».[4]

И для Ермы, который не упомянул о Троице, был только один Бог: «Прежде всего верьте, что Бог – один, Который сотворил все вещи и положил им порядок».[5]

Апокрифическое произведение Деяния Павла и Фёклы (ок. 160 г.), написанное в Малой Азии, использует слова «во имя Иисуса Христа» как формулу для водного крещения. Это использование показывает, что эта формула была принята в течение этого периода, и греческое произношение Iesous использовалось.[6]

Ученые признают, что более короткая формула «во имя Иисуса Христа» была древнее, и поэтому была апостольской формулой. Базельский профессор К. Р. Хагенбах в 1883 г. писал о словах, используемых при крещении: «Крещение во имя одного Христа кажется более древним, чем во имя трех личностей Троицы».[7] Никакого вопроса относительно использования сказанной формулы нет. Известный историк Артур К. Мак-Гифферт в 1889 г. писал: «Относительно тринитарной формулы во имя Отца, Сына и Святого Духа, которая позже стала в церкви всеобщей, мы не имеем следа в Новом Завете, кроме единственного отрывка в Мф. 28:19… Когда и как такая формула появилась, мы не знаем… Она была в общем использовании в середине II века».[8]

Мак-Гифферт признает, что формула, использующая три названия, более поздняя, чем ранняя, более короткая формула, использующая имя Иисус. Он утверждал, что тринитарная формула была в общем использовании «в середине II века». Правда, что Иустин ссылался на эту формулу около 150 г. Мы видим, однако, что единство или модализм был преобладающим учением большинства во II веке. И мы всё еще не наблюдаем, чтобы тринитарная крещальная формула во II веке заменила более общую короткую формулу.

Профессор Чикагского университета Джордж Гильберт в 1907 г. отмечал: «Замечательно, что Петр говорил о крещении во имя Иисуса Христа, а не как у Матфея 28:19 во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Только крещение во имя Иисуса есть формула, встречающаяся в книге Деяний и посланиях Нового Завета».[9]

Опять-таки, он не подвергает сомнению использование формулы и отмечает исключительное использование имени Иисус в водном крещении в книге Деяний и Посланиях.

В последнее время (1972) немецкий ученый Эдмунд Шлинк изменение в крещальной формуле связал с изменениями в исповедании: «Очень вероятно, крещение первоначально совершалось через (во) имя Христа, и оно было позже расширено как развитие христологического сознания в троичном исповедании. В таком случае крещальное повеление Мф. 28:19 в его форме не может быть историческим источником христианского крещения».[10]

И это правда, что мы надеемся, что всё христианство скоро увидит. Древняя крещальная формула была изменена из-за изменений в исповедании или догматах.

Крещальное повеление, как его понимают сегодня, не может быть, как говорил Шлинк, «историческим источником христианского крещения». Первоначальная церковь просто не понимала Мф. 28:19 в качестве прямого применения формулы, употребляющей три названия, но крестила во имя Иисуса Христа, в действительности используя это имя в формуле.

На самом деле нет противоречия между единственным местом в Мф. 28:19 и остальными писаниями о водном крещении. Мф. 28:19 фактически называет для использования единственное имя, как делают другие крещальные места. Имя это, конечно, – Иисус Христос. Там «нет другого имени» (Деян. 4:12).

Мф. 28:19, как единственное место, причиняет множество затруднений многим ученым и христианам. Джеймс Мартино говорит, что Мф. 28:19 «выдает себя, говоря на тринитарном языке следующего столетия». Адольф Гарнак зашел так далеко, что сказал: «ни слова о Господе». Эрмитаж Робинсон говорит, что это не были точные слова Иисуса, «но придающие Ему знакомый язык церкви».[11]

Фред Конибеар, известный ученый XIX века, пошел еще дальше в попытке доказать неподлинность Мф. 28:19. Полагая, что Евсевий Кесарийский имел доступ к самой большой христианской библиотеке IV века, он изучил труды Евсевия и нашел у него восемнадцать случаев цитирования Мф. 28:19 следующим образом: «Пойдя, научите все народы, крестя их во имя Моё, уча их соблюдать всё, что Я заповедал вам».

Комментарий Евсевия на этот отрывок говорит, что «во имя Моё» значит во имя Иисуса. Итак, Конибеар считал, что Евсевий не знал никакой другой формы Мф. 28:19, пока он не посетил Никейский собор (325 г.). Затем, после Никеи, Евсевий стал использовать тринитарный вариант Мф. 28:19.[12]

Тем не менее, нет никакой трудности с настоящим чтением Mф. 28:19, когда каждый понимает, что этот отрывок требует использования только одного имени в водном крещении. «Отец», «Сын» и «Святой Дух» – титулы. Имя, которым Господь описывается в этом отрывке, есть только спасительное имя Иисус. Как мы уже видели, это – имя, которое апостолы использовали в книге Деяний и в Посланиях.

Дж. Е. К. Шмидт заключает, что сильное разногласие о Божестве поднялось по поводу введения тринитарной формулы крещения, а также как следствие преобладания ипостатических взглядов (т. е. воззрение на Бога как на три божественные личности) над более ранним взглядом[13].

Апостолы никогда не использовали тринитарную формулу. Когда же впервые появилось первое использование тринитарной формулы? Мы можем предположить, что где-то между 110 и 140 гг.

Тринитаризм, как ответвление гностицизма, возник в последние годы Павла. Тринитарная доктрина Логоса на ранней стадии своего развития была, вероятно, подготовлена в течение последнего периода жизни Иоанна. Но мы не можем представить себе, чтобы еретики посмели небрежно обращаться с крещальной формулой, пока был жив Иоанн.

Господь хвалил филадельфийскую церковь ок. 96 г., потому что они соблюдали слово и не «отрекались имени Моего» (Откр. 3:8). Был только один путь отречься имени Господа – изъять его из крещальной формулы.

Первое историческое упоминание, возможно, тринитарной крещальной формулы – ок. 140 г. у Иустина. Конибеар, тем не менее, был убежден, что Иустин знал Мф. 28:19 только как «во имя Моё».[14] Однако, цитата, которую мы имеем из Иустина, читается: «Во имя Бога Отца и Господа всего, и нашего Спасителя Иисуса Христа, и Святого Духа они тогда получают омовение водой».[15]

Мы отмечали, что это за «тринитарная формула», но она только подобна, а не тождественна Мф. 28:19. Используется призывательная форма «во имя», но это не строгое соблюдение конструкции Мф. 28:19.

Более того, Иустин требовал фразы «Бог Отец», потому что утверждал, что никто не может произносить имя неизреченного Бога. Более того, если кто осмелится сказать, что это за имя, «он бредит с безнадежным безумием».[16] Возможно, имел место спор об имени Бога Отца. Использование таких выражений, как «неизреченный Бог», определяет Иустина как греческого философа.

Это неслучайно, что так называемый Римский крещальный символ появился около 140-150 гг.[17] Это то время, когда Иустин пришел в Рим и учительствовал. Как мы видели, главные римские общины сохраняли крещение во имя Иисуса Христа при Пие (140-54 гг.). Его сводный брат Ерма упоминал крещение во имя Иисуса.

В этот период в Риме было много христианских собраний. Иустин признавал это (см. Мученичество, 3). В его второй визит в Рим он знал только об одном месте собрания, выше определенном Мартином в Тимотинских банях.[18] Иустин, кажется, не имел отношений с римским епископом в этот период.

Ириней учил о форме тринитарного крещения ок. 180 г.: «Мы принимаем крещение во оставление грехов во имя Бога Отца, и во имя Иисуса Христа, Сына Божьего, воплотившегося и умершего и опять восставшего, и во [имя] Святого Духа Божьего».[19]

Отметим, что Ириней учил водному крещению во оставление грехов. Всех современных тринитариев он рассматривал бы как еретиков, поскольку они не крестят во оставление грехов. Опять-таки, отметим, что здесь нет твердой структуры Мф. 28:19, но скорее пересказ этого отрывка. Удивительно, что оба, и Иустин и Ириней, не основали свою крещальную формулу на точном чтении Мф. 28:19.

Другая ошибка, легко замечаемая в этом отрывке Иринея, это его взгляд, что «воплощен» был «Сын Божий». Писание не учит, что Сын воплотился, но что воплотился Бог (как Сын)[20].

Другой взгляд на формулу, представленную Иустином и Иринеем, состоит в том, что это могла быть компромиссная формула. Так называемый Римский крещальный символ или исповедание был отождествлен со сторонниками нового учения о Логосе. Алтанер, хотя он поместил это предисловие немного позже, также отождествил данную формулу с творцами тринитаризма: «Римская крещальная литургия около 200 г. … [как] подтверждается Тертуллианом и Ипполитом Римским… стала основанием для всех других западных крещальных исповеданий».[21] Это замечание интересно, потому что мы показали, что тринитарная формула возникла среди меньшинства. Она не была принята большинством христиан во II веке и, тем не менее, сегодня эта формула стала «основанием для всех других западных крещальных символов»! Кое-что, очевидно, пошло не так, как надо.

Тертуллиан защищал тринитарное водное крещение в сочинении Против Праксея (ок. 214 г., очевидно, когда он стал монтанистом): «Он [Иисус] повелевает им погружать в Отца, и в Сына, и в Святого Духа, не в одного… и не только один раз, но три раза, почему мы погружаемся в три личности, при каждом отдельном поминании этих имен».[22]

C Тертуллиана, который писал позже Иустина и Иринея, мы имеем ясную связь крещальной формулы с отрывком Мф. 28:19, применяющей тринитарное толкование трех божественных личностей. Очевидно, оно было противопоставлено одному погружению во имя Иисуса Христа, употребляемому такими модалистами, как Праксей.

В противоположность водному крещению единства Тертуллиан использовал тринитарную модель, которой, как говорят, он был создателем. В своём трактате О крещении (ок. 206 г.) он утверждал, что тринитарное крещение было основано на тринитарной модели трех божественных личностей: «Так… ангел, свидетель крещения, „делает прямыми стези“ для Святого Духа, Который готовится сойти на нас через очищение грехов, которым запечатлевается вера [во имя] Отца, и Сына, и Святого Духа. В устах трех свидетелей станет всякое слово».[23]

Точка зрения Тертуллиана заключалась в том, что он говорил о крещении по формуле «во имя Отца, и Сына, и Святого Духа», потому что он верил в три божественные личности (Троицу). Таким образом, он привязал тринитарную формулу к тринитарной модели.

Отметим также, что Тертуллиан особое значение в водном крещении придавал «очищению грехов» (см. Деян. 22:16). Древние кафолические писатели рассматривали бы многих современных тринитариев как еретиков, потому что нынешнии тринитарии часто не верят в крещение во оставление или очищение грехов.

Когда тринитарные церкви начали расти и настаивать на водном крещении во имя Троицы, выдвинулась проблема перекрещивания. Г. Квиспель полагал, что кафоличество было нововведением в Северной Африке, когда туда пришел Тертуллиан в начале III века. До этого времени христиане там были модалистами. Это его мнение, что Минуций Феликс, хорошо известный христианский писатель, был модалистом.[24]

Мы видели, что Праксей пошел в Северную Африку (ок. 206-8 гг.) в ответ на проблемы с тринитариями. Водное крещение стало спорным вопросом, по крайней мере, в 213 г. В этом году группа служителей-тринитаристов, возглавляемая карфагенским пастырем-тринитаристом по имени Агриппин, решила, что «еретиков» (наиболее вероятно, модалистов и маркионитов) необходимо перекрещивать во имя Троицы.[25] В 220 г. в африканской провинции Карфагена был, по крайней мере, семьдесят один пастырь-тринитарист.[26]

Киприан (ок. 200-58 гг.) стал кафолическим епископом Карфагена в 248 г., будучи обращен двумя годами ранее Цецилием, карфагенским пресвитером. Кафолики, несомненно, получили огромную выгоду в этой области, но Киприан «патрипассиан» (христиан-модалистов) по-прежнему вносил в список самых больших своих врагов.[27]

Так как верующие-единственники и маркиониты продолжали крестить во имя Иисуса Христа, Киприан сам начал борьбу против имени Иисуса в водном крещении. В одном месте он пытался доказать, что водное крещение во имя Иисуса было только для иудеев: "[Иудеи], поскольку они уже приняли древнейшее крещение Закона и Моисея, то должны были креститься во имя Иисуса Христа, как говорит им Петр в Деяниях апостольских: «Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов, и получите дар Святого Духа».[28]

Интересно видеть цитирование Деян. 2:38 в третьем веке по существу так, как мы теперь. Но Киприан продолжал заявлять, что Иисус повелел апостолам крестить народы «в единую и нераздельную Троицу».[29] Это толкование Киприана, однако, терпит неудачу после дополнительного исследования Писаний. Например, в книге Деяний Петр крестил италийцев во имя Господа Иисуса (Деян. 10:48); Филипп крестил самаритян во имя Господа Иисуса (Деян. 8:16), а Павел крестил эфесян также во имя Господа Иисуса (Деян. 19:5). Кроме того, именно Иисус повелел употреблять Своё имя «для прощения грехов» (соединенного с водным крещением в Деян. 2:38) для всех народов (Лук. 24:47). Нигде ни один из этих учителей ничего не говорил о «единой и нераздельной Троице». В свете этих дополнительных отрывков о крещении очевидно, что Киприан перетолковывал Мф. 28:19.

Тринитаристы Северной Африки (Карфаген и Александрия) оказались противниками своего же сотоварища, кафолического епископа, на тему перекрещивания. Римский епископ Стефан (254-57 гг.) по-прежнему допускал использование имени Иисус в водном крещении, заявляя, что более короткая форма была более древней. Киприан не соглашался с ним и требовал перекрещивания всех, кто был крещен во имя Иисуса, когда они приступали к кафолической церкви.

Дионисий, епископ Александрийский (ок. 200-65 гг.), прежний глава катехизической школы в Александрии, написал епископу Стефану строгое письмо, отстаивающее правильность перекрещивания: «Те, кто были крещены во имя трех личностей Отца, Сына и Святого Духа, хотя они были крещены еретиками, которые признают три личности, не будут перекрещиваться. Но те, кто обратился из других ересей, должны быть усовершенствованы крещением Святой Церкви».[30]

Дионисия, по-видимому, не заботило кто крестил человека, пока это было не во имя Иисуса!

В III веке пастыри-тринитаристы собирали соборы по вопросам, имеющим отношение к водному крещению. Два таких собора было созвано ок. 230 г., один в Иконии (во Фригии), а другой в Синнаде. Они подтвердили мнение, что «еретическое» крещение было недействительно.[31]

Тринитарные церкви увеличились в числе в III веке, но также имелась значительная деятельность среди монархиан. Савелий вернулся в Северную Африку ок. 235 г. и начал широко наставлять в евангелии. Артемон продолжал проповедовать монархианскую миссию в Риме, в то время как Берилл работал в Аравии, а Павел Самосатский учил в Сирии.

Однако, возникающая кафолическая церковь в последние десятилетия III века начала обзаводиться новым союзником: им был сам Цезарь.

В 272 г. кафолики получили имперскую поддержку для незаконного извержения монархианского лидера Павла Самосатского из епископского сана.

В 312 г. император Константин стал внешне кафоликом (он не принимал крещения до самого его смертного одра), и внезапно престиж и сила кафолической церкви вознеслись до небес.

В 314 г. Цезарь созвал Собор в Арле по поводу донатистов (кафолическое реформаторское движение в Северной Африке). Среди других дел этот собор постановил, что люди, крещенные в тринитарные названия еретиками, не должны быть перекрещиваемы: «Если они отвечают, что были крещены во имя Отца, Сына и Святого Духа, то для того, чтобы получить Святого Духа, будет достаточно подтверждения в сане».[32]

Подтверждение подразумевало, что кафолический священник возлагал свои руки на голову молящихся, которые при этом, как говорилось, автоматически получали Святого Духа. Император Константин поддержал это церковное решение имперской властью, постановив, что сообщества, которые не будут следовать этому решению, будут лишены своего имущества и своих гражданских прав.[33]

Никейский Собор (325 г.) принял правило, регулирующее перекрещивание христиан-монархиан. Собор постановил, что «павлиане» (группа последователей Павла Самосатского) должны быть перекрещиваемы в Троицу. Павлианский клир мог быть перерукоположен только в том случае, если кафолический епископ данной области одобрит это[34]. Христианам, крещенным во имя Иисуса, предписывалось перекрещиваться.[35] Их служителям повелевалось явиться к ближайшему кафолическому епископу по приказу императора[36]. Альтернативой была конфискация всего церковного имущества и лишение гражданских прав[37]. Такое беззаконное нападение против тех, кто крестил во имя Иисуса, стало причиной ухода многих из них в подполье, так как гонение на них стало даже более жестоким, чем за всё предшествующее время Римской империи.

В IV веке крещение во имя Иисуса стало символом ереси в глазах римской государственной церкви (кафолической церкви). На Лаодикийском Соборе (ок. 326-29 гг.) документ упоминает «еретиков», которых необходимо перекрещивать, «особенно тех, которые впали в савеллианство [модализм]… Их крещение было решительно недействительно».[38] Одно удивляет: сколь многие христиане сдались под давлением имперской и кафолической церкви и отреклись от своей веры, или, по крайней мере, номинально стали кафоликами.

В 381 г. Константинопольский Собор специально постановил в своем 7 каноне, что савеллианское крещение было недействительным. Он характеризует савеллиан [модалистов] как многочисленную секту в Галатии (регион вокруг современной Анкары, Турция).[39] Некоторые ученые-тринитаристы пытаются умалить анафемы этих соборов против христиан-единственников, представляя их как повторение обрядовых предписаний в отношении исторических «ересей», которые больше не существовали. Это, конечно, неправда. Решения кафолических соборов были направлены к современным проблемам.

Около 450 г. еще больше бед случилось с собраниями единственников в районе Антиохии (современная Антакия в Турции на реке Оронт у подножия горы Силпий). В древние времена Антиохия была большим торговым центром с многочисленным населением. В ответ на запрос кафолическая церковь Константинополя послала письмо Мартирию, кафолическому епископу Антиохии, в котором савеллианское крещение объявлялось недействительным[40].

Приблизительно восемью годами позже, в Северо-восточной Италии в области Аквилея, кафолики испытали трудности с «еретическим» крещением, которое было, возможно, крещением во имя Иисуса. Никита, епископ Аквилейский, писал папе Льву о тех, кого принудили «страхом» или привели «ошибочными мнениями» к «повторению» их крещения. В ответном письме от 21 марта 458 г. Лев советовал применить мягкий порядок епитимии для тех, кто хотел «вернуться» в кафолическую церковь.[41]

Но давление против крещения во имя Иисуса увеличивалось. В 529 г. суровый кодекс Юстиниана провозгласил смерть для последователей двух «ересей»: 1) антитринитаризма и 2) перекрещивания. Юстиниан, Восточный римский император, был чрезвычайно нетерпим к ересям в течение всего своего долгого правления (527-65 гг.).

Второй кафолический Собор в Константинополе (553 г.) объявил крещение савеллиан недействительным.[42] Кафолическая церковь на Востоке таким образом, кажется, официально постановила, что водное крещение во имя Иисуса будет считаться «перекрещиванием» и, следовательно, заслуживающим смертной казни. Тот факт, что Вселенский Собор кафолической церкви старался обсудить и составить правило на предмет водного крещения во имя Иисуса Христа, показывает широкое распространение собраний единственников, которые всё еще расценивались как опасные для кафолической церкви.

Крещение во имя Иисуса было известно также на Западе в VI веке. Мартин Думиум (ум. 579 г.), кафолический епископ Брагский (в сегодняшней португальской провинции Минко), писал в письме епископу Бонифацию (вероято, где-то в испанской Визиготии) между 561-79 гг.: «Ибо, если там есть одно погружение в одно имя, то только единство Бога в Отце и Сыне и Святом Духе показывается, но различение личностей не представляется».[43]

Мартин продолжал писать, что «савеллианская ересь,… в соблюдении одного погружения в одно имя, заявляет, что Отец – то же самое, что и Сын, и Святой Дух – то же самое, что Отец».[44] Заметим, что Мартин ссылался на «савеллианскую ересь» как если бы она действовала в это время. Мартин заявлял, что сам он в римской крещальной литургии использовал тринитарную формулу с тройным погружением.

Крещение во имя Иисуса продолжало существовать на протяжении всех веков. Оно появляется среди многих «еретиков» в Средние века в Восточной Европе. Оно неожиданно возникает в Европе с Протестантской реформацией. Вероятно, оно существовало до XIX века в Армении. Оно, несомненно, видно в книге Ключ Истины, так называемом павликианском руководстве, открытом Конибеаром в Армении в XIX веке.[45]

Крещение во имя Иисуса сохранило свою привлекательность даже для некоторых тринитарных групп. В конце концов, именно Иисус умер за наши грехи, был погребен за нас, и восстал из гроба. Когда мы принимаем крещение в Его могущественное спасительное имя, мы спогребаемся с Ним (Кол. 2:12). Мы не спогребаемся с «тремя личностями», но, конечно, с Ним!

Мы упоминали, что римская область (даже через много лет после того, как они приняли тринитарную доктрину) отстаивала крещение во имя Иисуса как действительное. Конибеар установил, что в VII веке целая «Кельтская церковь», которая была уже тринитарной, была отлучена римским папством, потому что они сохранили крещение во имя Иисуса![46]

Однако, крещение во имя Иисуса было связано, главным образом, с доктриной Единства, тогда как тринитарное крещение связывалось с тринитарной доктриной Божества.

__________________________

[1] G. B. Rossi, Bulletino di Archeologia Christiana, ed. George Edmundson (1868) 1:53 ff.

[2] Clement of Rome, Epistle to the Corinthians, ed. Cyril C. Richardson, in Library of Christian Classics (Philadelphia: Westminster Press, 1953-57) 1:73.

[3] John Foxe, The Acts and Monuments of John Foxe (New York: AMS Press, repr. 1965), 151. См. также: Helmut Koester, Ancient Christian Gospels (Philadelphia: Trinity Press, 1990), 19. Кёстер определил раннюю дату (100 г.) для Пастыря.

[4] The Apocryphal New Testament (New York: Peter Eckler Pub., n. d.).

[5] Hermas, The Shepherd 2:1, ANCL 2:20.

[6] Acts of Paul and Thecla, ANCL 16:286. См. Altaner, 10; Daniel Segraves, The Messiah's Name (Kearney, NE: Morris Pub., 1997).

[7] K. R. Hagenbuch, A History of Christian Doctrines (Edinburg: T & T Clark, 1883) 1:278.

[8] Arthur C. McGiffert, History of Christianity in the Apostolic Age (New York: Union Theological Seminary, 1899), 98.

[9] Georg H. Gilbert, A Short History of Christianity in the Apostolic Age (Chicago: University of Chicago Press, 1907), 25.

[10] Edmund Schlink, The Doctrines of Baptism (St. Louis: Concordia, 1972), 28.

[11] Fred C. Conybeare, «The Early Modifications of the Text of the Gospels», The Hibbert Journal, ed. L. P. Jacks and G. D. Hicks (London and Oxford: Williams and Nortage), 1 (October 1902–July 1903): 103.

[12] Ibid., 105.

[13] J. E. C. Schmidt, Bibliothek fur Kritik und Exegese, band 2, s. 207, quoted in Schleiermacher, 48.

[14] Conybeare, 106.

[15] «The Writings of Justin Martyr and Athenagoras», ANCL, 60.

[16] Ibid., 105.

[17] Adolph Harnack, «Chronological Table of Events and Literature Connected with Christians in the First and Second Centuries AD», The Biblical World, ed. William R. Harper (Chicago: University of Chicago Press) 9 (January-June 1897) art. 10, 385-91.

[18] Barnard, 133-34 fn.

[19] Irenaeus, Apostolic Preaching, ch. 3, trans. Robinson, 7.

[20] Т. е. став Сыном. – прим. ред.

[21] Altaner, 48-49.

[22] Tertullian, Against Praxeas, ANCL, 3:597-627.

[23] Tertullian, On Baptism, ANCL.

[24] G. Quispel, «African Christianity before Tertullian», in Romanitas et Christianitas, ed. W. den Boer et. al. (New York: American Elsevier Pub., 1973), 277-78.

[25] Bindley, 37.

[26] Philip Hughes, The Church in Crisis: A History of the General Counsils 325-1870 AD (Garden City, NY: Doubleday and Co., 1961), 13.

[27] Cyprian, Epistle 72, To Jubianus, a Bishop (AD 256), 4, ANCL 1:262.

[28] Ibid., 270.

[29] Ibid.

[30] St. Dionisius of Alexandria, Letters and Treatises, trans. Charles Lett Feltoe (New York: Macmillan Co., 1918), 54.

[31] Ibid., 15.

[32] In H. Landon, ed., A Manual of Counsils of the Holy Catholic Church (Edinburgh: John Grant Pub., 1909) 1:44.

[33] Will Durant, The Story of Civilization, Vol. 3: Caesar and Christ (New York: Simon and Schuster, 1944), 658.

[34] Остальные вовсе не допускались в клир. – прим. ред.

[35] Прямого определения Собора о перекрещивании тех, кто был крещен «во имя Иисуса», не имеется. Данное мнение вытекает из априорного утверждения, что павлиане крестили по формуле «во имя Иисуса». Однако, некоторые павлиане, по сведениям Афанасия Александрийского, всё-таки были крещены «во имя Отца, и Сына, и Святого Духа» и должны были быть перекрещены по причине того, что они признавались еретиками, все таинства которых поэтому недействительны (Athanas., Orat. II Contra Arianos, c. 43). Также необходимо отметить, что данное постановление касается только монархиан-динамистов, в то время как о савеллианах Собор не вынес никакого подобного канона. – прим. ред.

[36] Hughes., 35.

[37] Данные санкции скорее всего исходили не из решений собора, а от властей. – прим. ред.

[38] «Synod of Laodicea», canon 8, in Charles Hefele, A History of the Counsils of the Church (Edinburgh: T & T Clark, 1876) 2:303-4. Впрочем, в известной редакции 8 канона Лаодикийского собора упоминаются только «фриги», т. е. монтанисты, которые тоже, возможно, крестили во имя Иисуса. По-видимому, Гефеле пользовался какими-то дополнительными источниками. – прим. ред.

[39] Stokes, 568.

[40] Ibid.

[41] Leo the Great, Letters, trans. Edmund Hunt (Washington, DC: Catholic University of America Press, 1957), 250.

[42] Schleiermacher, quoted in Stuart, 36.

[43] Martin of Braga, in The Fathers of the Church: Iberian Fathers, trans. Claude Barrow, ed. Roy Deferrari (Washington, DC: The Catholic University of America Press, 1969) 1:101.

[44] Ibid.

[45] Цит. по: Steven Runsiman, The Medieval Manichee (Cambridge, 1955), 48 fn. 56.

[46] Conybeare, 107.


 
« Пред.

© 2017 редакция Вестник Илии e-mail  Внести свою лепту лепта