И сказал Моисей тестю своему: народ приходит ко мне просить суда у Бога;
когда случается у них какое дело, они приходят ко мне, и я сужу между тем и другим и объявляю уставы Божии и законы Его.
Но тесть Моисеев сказал ему: не хорошо это ты делаешь:
ты измучишь и себя и народ сей, который с тобою, ибо слишком тяжело для тебя это дело: ты один не можешь исправлять его;
(Исх.18:15-18)

Когда Моисей стал судьей в народе, каждый желал узнать у него всё, каждую мелочь, вплоть до того «как завязывать шнурки» (утрированно), и хотел спросить об этом лично, закрыв глаза на любые другие советы. А Моисей и не против был всему учить. Но в итоге такой подход не приносил пользы ни народу, ни служению, которое совершал Моисей. По этой причине Бог отдает маловажные дела на усмотрение старейшинам народа, но только после того, как Моисей «взвыл» от навалившейся на него бессмысленной и назойливой рутины.

И вот здесь возникает самый главный вопрос – а что, собственно, из этих дел было важным, а что – нет? Важно ли было желать получить ответы на вопросы и найти решение своих проблем? Важно! И нужно ли было помочь людям в этом? Нужно! Только нельзя было игнорировать другие возможности и помощь, которые уже имелись, как у народа, так и у Моисея.